Мария Фетисова

Москвичи о Москве: Мария, художник, 31 год


В Москве живу с рождения. Первые годы моей жизни проходили то в районе Щукино, в котором почти все улицы названы маршалами: Маршала Бирюзова, Маршала Вершинина, Конева, Соколовского, Мерецкова, Рыбалко и тд., то в Хамовническом районе. Наша семья часто переезжала. В Хамовническом прошла более сознательная половина детства. Вспоминаются Несвижский переулок, по которому мы с бабушкой ходили в магазин “Диета”. Был март, таял снег и солнце блестело в лужах, шел 1993 год, кажется, магазин был пустоват. Сейчас здание этой “Диеты” закрыто ремонтной сеткой уже много лет и теперь только стены остались. Возвращались через Пуговишников переулок, где по правую сторону дворы, в которых живут вьетнамцы (вьетнамское посольство неподалеку), а по левую — уютные красные трехэтажка и двухэтажка. Весной у красной двухэтажки — куст сирени цветет. Первые  впечатления от города связаны с бабушкой, которая меня водила в сад «Эрмитаж», где я посещала детскую студию, то в Обыденский переулок на какой-то кружок.

До 13 лет я ходила в общеобразовательную школу, что на Хользунова, которая была окружена гаражами и двумя старыми пятиэтажками. Теперь вместо них — огромные многоэтажные дома с охраной, гаражей тоже нет.  Когда мы бегали вокруг школы на физкультуре,  всегда можно было зайти в подъезд пятиэтажки, подождать когда все пробегут, передохнуть и в к концу присоединиться. Поблизости осталось только красное здание отделения милиции, с бетонным забором. Дом, где я жила, был построен то ли в 1937, то ли 1938 году, точно не знаю, немного похож на дом-коммуну, есть в нем что-то конструктивистское.

Когда мы с семьей вернулись снова в район Щукино — контраст с Хамовниками был разительным. Мне казалось, что он уныл и немецкие пятиэтажки навевали тоску. Хотя сейчас, живя в нем, мне так не кажется, а наоборот, я вижу какой он уютный: мне нравятся немецкие дворы и другие улицы, которые сейчас гораздо приятнее стали. Наш двор мне нравится тем, что дома расположены по кругу, напоминая широкий двор-колодец. Самый длинный и красивый это дом 39, я его часто фотографирую со стороны улицы.

Когда я училась в школе на Конева, там где сейчас академия Шнитке был небольшой парк, а здание института — пятиэтажка (несколько позже к ней достроили остальные корпуса) за бетонным забором, его хорошо было видно из окна школы. Сейчас прямо напротив института — большой дом — элитное жилье. Рядом голубая пятиэтажка, это вроде общежитие. Между многоэтажками, где библиотека и почта — был очень симпатичный которая была окружена горожами, 2 старыми пятиэтажками, расположенными по Оболенскому переулку и Хользунова, их снесли теперь вместо них — огромные многоэтажные дома с охраной, гаражей тоже нет. Я помню это были милые гаражи, идя в школу видела как сосед из соседнего дома чинил, кажется, машину “москвич”. Еще помню как в классе в 7 классе бегали вокруг школы на физкультуре и можно было зайти в подъезд пятиэтажки, подождать когда все пробегут, передохнуть и в к концу присоединиться. Поблизости осталась только красное здание отделения милиции, с бетонным забором. Дом, где я жила, был построен толи в 37 толи 38 году точно не знаю, немного похож на дом-коммуну есть в нем что-то конструктивистское в него прямо упирается Олсуфьевский переулок, по которому ходила в художественную школу чаще ездя на 15 троллейбусе по Большой Пироговке мимо Девичьего поля, и вот когда остановка Академия Художеств, я выходила и оказывалась у старого здания-особняка разделенного наполовину музыкальной, а наполовину художественной школой. Внутри: на первом этаже выставка работ учащихся либо преподавателей, на втором классы для живописи с огромными окнами, мне нравилась узкая лестница на 3 этаж, ведущая в кабинет истории искусств. Атмосферно было в этой школе: за школой можно было видеть домики-мастерские художников. когда осень — и все в желтых листьях, либо когда зима, небо темное, снег на крышах. В последнем классе худ. школы вернулась снова в район Щукино. Тогда для меня был огромный контраст этого района трехэтажный дом, похожий по стилю на домики в немецких дворах рядом. На первом этаже детская студия “Тимей” находилась, по бокам два подъезда с широкими лестницами. И люди постоянно заходили и выходили из этих подъездов, а сбоку очень удобно располагалась аптека. Теперь там забор, охрана и подъезжают и выезжают машины. Вместо дома 31-33 на Бирюзова и огороженного за ним участка стояли буквой “п” три трехэтажки. Эти трехэтажные послевоенные времени дома были очень милые, особенно тем, что куда-то идя мимо, можно было с кем-то поздороваться, посмотреть, как кто-нибудь что-нибудь делает во дворе, как белье на балконе висит. Но это поменялось. Зато остались немецкие дворы, их даже признали памятником архитектуры! Внутри этих дворов дома имеют очень узкие слегка винтовые лестницы, а с улицы обычный подъезд. Мне нравится дом, у которого стоит стул и стол рядом с подъездом. Еще там три фонтана весной, осенью и летом. Летом, вечерами очень романтично выглядит фонтан с лавочками со стороны Бирюзова. Под деревьятоли 38 году точно не знаю, немного похож на дом-коммуну есть в нем что-то конструктивистское в него прямо упирается Олсуфьевский переулок, по которому ходила в художественную школу чаще ездя на 15 троллейбусе по Большой Пироговке мимо Девичьего поля, и вот когда остановка Академия Художеств, я выходила и оказывалась у старого здания-особняка разделенного наполовину музыкальной, а наполовину художественной школой. Внутри: на первом этаже выставка работ учащихся либо преподавателей, на втором классы для живописи с огромными окнами, мне нравилась узкая лестница на 3 этаж, ведущая в кабинет истории искусств. Атмосферно было в этой школе: за школой можно было видеть домики-мастерские художников. когда осень — и все в желтых листьях, либо когда зима, небо темное, снег на крышах. В последнем классе худ. школы вернулась снова в район Щукино. Тогда для меня был огромный контраст этого района трехэтажный дом, похожий по стилю на домики в немецких дворах рядом. На первом этаже детская студия “Тимей” находилась, по бокам два подъезда с широкими лестницами. И люди постоянно заходили выходили из этих подъездов, а сбоку очень удобно располагалась аптека. Теперь там забор, охрана и подъезжают и выезжают машины. Вместо дома 31-33 на Бирюзова и огороженного за ним участка стояли буквой “п” три трехэтажки. Эти трехэтажные послевоенные времени дома были очень милые, особенно тем, что куда-то идя мимо, можно было с кем-то поздороваться, посмотреть, как кто-нибудь что-нибудь делает во дворе, как белье на балконе ми кто-нибудь сидит и выпивает или не выпивает, но выглядит это загадочно.

Новые, элитные дома, которые построили на месте трехэтажек не нарушают стиль этих мест. Только на Бирюзова дома не вписались. Кстати, если пройти до конца этой улицы — можно оказаться на площади Курчатова за которой продолжаются сталинские постройки: романтичные трехэтажки на Максимова и Новикова с классическими балконами. А начало улицы Бирюзова почему-то некоторые называли “Сугробы” (там, где более массивные здания) и вообще октябрьское поле называют “поля”.

11 класс я заканчивала в школе, которая находилась в Зачатьевском монастыре, что во 2-ом Зачатьевском переулке, т.к. вернулась жить к отцу, в Хамовники. Школа была обычная с советских времен, находилась прямо на месте некогда Зачатьевского монастыря, и спустя не так много времени после ее окончания, была снесена, а вместо нее монастырь восстановлен. Совсем близко к монастырю дом , в котором жил Шаляпин, деревянный.
Это загадка. Длинный коридор, огромные потолки, предпоследняя дверь, если он был там, то — слегка прикрыта и всегда играла музыка часто джазовая.

Город меня иногда вдохновляет, но больше, наверно, люди все-таки в нем. Последнее время я делаю рисунки, вписав в них московские улицы, совместив с персонажами, которые приходят как эмоциональные воспоминания иногда. С детства нравятся Пьеро и Арлекино, когда мне было лет 5, я помню, как мы гуляли с папой, около универсама того, что был на месте пятой авеню сейчас (Маршала Бирюзова), и на его стене были нарисованы три веселых клоуна, один, может, и невеселый. Мне они очень нравились почему-то.

Сейчас мне в Москве интересно находить места в которых я раньше не была! Идешь, например, по улице видишь двор незнакомый, обязательно зайдешь туда — посмотришь, что там, а так другой двор и здания старые начала века бывают, так ты дальше проходишь, а там еще что-то. Так и целое путешествие совершаешь в течение дня! Летом так можно делать на велике. Однажды заехала я во двор (давно это было), кажется где-то рядом с Большим Левшинским переулком, а там дом какой-то нежилой и пара окон горит, люди рабочего вида веселятся, громко шумят и старая песня Агузаровой из их окон доносится. Я постояла пару минут и поехала дальше, думая почему они эту песню слушают. Странно, но это как-то вдохновило. Всякие интересные истории и места можно увидеть во время прогулок.

ВДНХ, парк Горького — места в которых раньше особо не бывала, а теперь бываю там чаще.
Москва — интересный, необычный город и здесь так много разных мест, про которые либо забудешь уже, либо они поменяются, либо ты еще их не знаешь. Мне есть что находить и исследовать. Поэтому не вижу смысла уезжать отсюда. Хотя мне нравятся корабли и я была бы рада пожить в Копенгагене!

Но думаю, мало где есть такая энергия, как здесь. Энергия — это хорошо и лучше жить в энергичном городе. А что мне не нравится? Это зависит от настроения, иногда: гигантские машины, занимающих по пол улицы, очень большие лужи во время дождя и таяния снега, большое количество салонов красоты и повторяющих самих себя магазинов, кафе, хотя их сейчас вроде стало меньше.

Предыдущая Следующая
Москвичи о Москве: Мария, художник, 31 год — COZY MOSCOW