Blog post

Москвичи о Москве: Мария, журналист, 44 года

Мое детство прошло в Марьиной Роще. Наш дом стоял совсем рядом с Фестивальным парком. Его устроили еще в 1936 году, сравняв с землей старинное Лазаревское кладбище. Храм Сошествия Святого Духа на апостолов уцелел. В мое время там были мастерские театра Оперетты. К фестивалю молодежи и студентов 1985 года парк решили обновить. Все раскопали и мы с благоговейным ужасом наблюдали разбросанные кости и черепа. Некоторыми мои товарищи умудрялись играть ими и пугать друг друга. Помню надгробия, которые в 30-е годы, видимо, решили не увозить, а просто закопать. Всего на Лазаревском кладбище было около 50 тысяч захоронений.

Дети Марьиной рощи проводили время в кинотеатре «Таджикистан». Каждые выходные, получив 10 копеек, мы отправлялись в кино. При кинотеатре работал буфет. Помню замечательные мозаики, кассы с маленькими окошками и афишу фильма «Вам и не снилось». Его мы смотрели 3 раза. Теперь вместо кинотеатра театр «Сатирикон». А еще недалеко от дома была булочная. С покатыми деревянными полками, где лежали нарезные батоны и буханки черного. Мы очень любили булочки за 3 копейки и батончик «Сластена».

В школу я ездила на трамвае. Помните эти красные чешские трамваи? А как покупали билет, опустив в агрегат 3 копейки? Потом не стало трамваев, храм вернули верующим, а парк остался парком.
От Марьиной рощи осталось название. Теперь это центр города на берегу третьего кольца.

Вторым моим московским адресом стал Арбат. Я живу в одном из его переулков. Я всегда очень любила Москву. У меня никогда не было периода неприятия города или желания поменять его на другой. Не было ощущения, что где-то лучше. Может быть, это от того, что в детстве я много путешествовала с родителями по разным странам, а в университете мне даже удалось поучиться в Париже. Все ниточки ведут в Москву. Детское счастье, взросление, дети — все связано с Москвой. У всех у нас есть адреса и для меня они сконцентрированы в одном городе. Я бы даже сузила — все они в центре Москвы.

В храме у Крестовского моста меня крестили. Венчались мы в знаменитом московском храме Ильи Обыденного. 25 лет тому назад. Венчал отец Александр, которого хорошо помнят и чтут не только обыденские прихожане. В этот храм с детства ходит мой муж. И благодаря ему это мой очень важный московский адрес. А его сюда привела учительница литературы — Эмма Дмитриевна Шитова, подруга Марии Розановой.

Неподалеку, на Пресне, жила моя любимая крестная. Любовь к Москве, конечно от родителей, но и благодаря ей. Она преподавала историю и водила экскурсии по городу. Я храню ее конспекты по истории Москвы. Она была одним из тех фундаментально образованных людей, которых теперь уж нет. Она выросла на Чистых прудах и до последних дней дружила с соседями по коммунальной квартире, каждый из которых был человеком выдающимся.

Я очень люблю Арбат. Знаю историю почти про каждый дом, знаю все проходные дворы. Для меня Арбат абсолютно живой. Первая моя работа тоже была на Арбате. Только на Новом. 4 года я работала на «Эхо Москвы», в службе информации. Это были очень счастливые годы, когда все было впереди: и у страны, и у города, и у меня. Главное богатство и наследство «Эха» — люди! С большинством у меня сохранились хорошие отношения. И я бережно храню их уже больше 20 лет. А некоторых коллег регулярно встречаю на Арбате.

С утра, провожая детей в школу, я здороваюсь раз 10 с соседями. Для меня Арбат состоит из знакомых лиц. Мимо мчатся на самокатах одноклассники детей: «Тетя Маша, а можно нам погулять?». Конечно, наша жизнь крутится вокруг знаменитой 12-ой французской школы, где учатся или учились все мои четверо детей. Кто только ее не закончил. Реформы образования прошлось и по нашей маленькой и камерной школе. Мы сражались, как могли. Но нам обещали сохранить главное — французский язык и здание. В нашей жизни это немало. Школа стоит у Спасопесковского храма, который все знают по картине Поленова. Конечно, много печали принесли нам преобразования. Ведь в советское время французский язык отдавали учить детей осознано, считая что английский развивает только ум и прагматизм, а французский — душу. Теперь у нас в школе много «англичан» и «немцев». Но вздыхать по прежним временам — занятие неблагодарное. Мой папа до сих пор говорит, что если ты не читал Хераскова, то не можешь считать себя образованным человеком. Школа на месте, французский язык преподают и уже за это — большое спасибо.

Часто хожу в театр Вахтангова. Я очень люблю все спектакли Туминаса. Есть такой лайфхак. Не пропустить первый день продаж, прибежать в кассу и скупить билеты на приставные места. Тогда «Евгений Онегин» можно посмотреть очень бюджетно, сидя в третьем ряду партера, например. Из последнего, что нельзя пропустить — «Царь Эдип».

Я большой поклонник музеев-квартир. Почувствовать Арбат можно зайдя в гости к Андрею Белому или Скрябину. Очень советую всем обновленный музей Цветаевой в Борисоглебском и музей Лермонтова на Молчановке. Есть еще и такое странное место — «Музей Бурганова» в Большом Афанасьевском. Творчество скульптора обсуждать нет смысла, а вот сам музей очень любопытный. Если никогда не были — зайдите однажды.

А вы знаете, что вокруг Арбата множество музыкальных школ? Бетховена, Танеева, Глиера, Мурадели. Музыканты с разного калибра инструментами — часть местного пейзажа. Система бесплатных музыкальных школ — то немногое, что осталось от советской системы. И в этих школах кипит жизнь. Дети постоянно выступают в окрестных детских садах. Это замечательная традиция! Все готовятся, наряжаются в длинные платья. Кто-то из педагогов рассказывает про инструменты, а ребята играют ко всеобщей радости. Во всех музыкальных школах постоянно проходят бесплатные концерты. В общем жизнь кипит! Не будем забывать, что Консерватория и ЦМШ тоже практически за углом.

Есть у нас одно секретное место на Пречистенке — студия «Академия» при Академии художеств. В нее ходят все мои дети. Старший уже закончил. Это система, которую французы бы назвали civilisation — обучение истории искусств через историю всеобщую. Программа рассчитана на 11 школьных лет. Ведет ее бессменная и абсолютно гениальная Ольга Владимировна Холмогорова. Ей удается без насилия структурировать в позитивный поток детские характеры. Невзначай обратить внимание на спящий талант ученика и одной мимолетной фразой изменить жизнь. Редкий человек, рядом с которым хочется стать лучше.

В последнее время Арбат оказался в плотном кольце «Мосхозторгов» Их в шаговой доступности от нашего дома целых 6 штук. Больше только «Азбуки вкуса». Продукты добывать в центре непросто, но все как-то приспосабливаются. Жители Арбата, конечно, избалованы количеством кафе. Они закрываются, сменяя друг друга, не оставляя следа в душе коренных жителей. Местные, как мне кажется, выбирают «Хлеб насущный». Их на Арбате целых два. Часто вижу соседей в кафе «Пиросмани» что на пересечении Арбата и Калошина. Там просто и вкусно. И непомерная арбатская аренда как-то дает им выживать.

Два года назад моя жизнь резко переменилась. Мне подарили оранжевый велосипед. И вы знаете, моя Москва стала совсем маленькой. Если раньше я везде шла пешком и лишь в редких случаях на метро, то с появлением велосипеда я везде успеваю на двух колесах. Недавно поняла, что совсем не пользуюсь машиной и почти решилась продать свою. Живя в центре, нет никакого смысла в автомобиле. Я иногда выхожу из дома с намерением ехать на машине, но понимаю, что места у дома не найти и бегу пешком. Правда, с появлением платных парковок жизнь внутри Садового кольца стала похожа на человеческую. Разве кто-то помнит, что еще три года назад многие паковались на тротуарах? А я хорошо помню, так как мои дети начали уверенно передвигаться на самокатах и припаркованные без правил машины сильно затрудняли передвижение.

У меня есть родственница, которая прожила всю жизнь в центре. Ее рассказы о жизни Молчановки и Поварской, о школе, которая и теперь стоит, о катке в парке на Пресне, о бабушкиных бриллиантах, которые высыпали в двухлитровую банку и сдали после революции куда следует. Об их кухарке. которая прописалась в их дом на Поварской. У меня хранится ее открытка с адресом: угол Серебряного переулка и Собачьей площадки. Открытка есть, а адреса нет.

Несколько лет назад я придумала детские экскурсии вокруг арбатских переулков. Я рассказываю о домах и показываю старинные предметы, предназначение которых позабыли не только дети, но и их родители. Весной я вожу знакомых детей, работает сарафанное радио. Это мое хобби — влюблять «молодежь» в родной город. Видеть невидимое, слышать голоса, обращать внимание на прекрасное и не смотреть себе под ноги.Чувствовать, что мы в ответе за среду обитания. За то наследство, которое нам осталось в виде бульваров и храмов, особняков и музеев. Что счастье — здесь, в родном городе. А не где-то там. Мне очень нравится. что весной по нашим переулкам теперь ходит множество экскурсий. И это москвичи, которые только начитают понимать как прекрасен наш город.

У меня есть мечта — сделать виртуальный музей переулка и дома, где я живу. Я понемножку собираю материал. Это трудно. Ниточки запутались, арбатские пенсионеры бережно хранят свои тайны и истории. С недоверием относятся к тому, что кого-то могут интересовать бытовые подробности жизни, которая протекала 50 лет назад.

Каждый раз, выходя из дома я обнаруживаю какое-то будничное чудо. Новый фрагмент на фасаде, чудесный флагодержатель на доме, мимо которого проходила тысячу раз, девушка моет окна и что-то поет, занавеска вырвалась на свободу, новый светофор, букеты сирени в соседнем цветочном. Из этих мелочей складывается мой день. Я каждый день признаюсь в любви любимому городу и каждый день счастлива, что живу именно в моем переулке среди множества добрых и удивительных людей.

Предыдущая запись Следующая запись
Москвичи о Москве: Мария, журналист, 44 года — COZY MOSCOW